История

МОСКОВСКИЙ ТЕАТР «ЭРМИТАЖ»
1959– 2009
избранные страницы


Я слыхал такое выражение: «Лови момент!». Легко сказать, но трудно сделать. И действительно, нельзя призывать к невозможному.
Говорю я это с полной уверенностью, потому что сам на себе всё испытал. Я ловил момент, но не поймал его и только сломал часы. Теперь я знаю, что это невозможно. Так же невозможно «ловить эпоху», потому что это такой же момент, только побольше.
Другое дело, если сказать: «Запечатлевайте то, что происходит в этот момент».

Даниил Хармс


На снимке Александра Иванишина — наша труппа в конце 2009 года, перед юбилеем.
Раз, два три… Момент запечатлён!
Как его назвать?
Историческим — нескромно.
Скромным — неисторично.
А ведь некоторые скажут, обязательно скажут: «Ну вот, опять. Опять НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО».
Будем точны: уже произошло, 25 декабря 2009 года.
А перед вами — момент ожидания, предчувствия приятного события. 
Естественный и нарочитый, серьёзный и шутливый одновременно.
Театру «Эрмитаж» исполнилось полвека, и по такому поводу актёры условились предстать перед объективом в костюмах из разных спектаклей текущего репертуара.
Смешение красок, стилей, жанров — праздничное всегда, а не только по праздникам, — это мы, театр Михаила Левитина: пёстрая компания в своём репертуаре!

Что такое праздник театра, повседневный и необычайный, к которому стремится Левитин?
Поскольку моментам, как и эпохам, свойственно улетучиваться, постольку театру — искусству мимолётностей — подобает искать опору в самом движении воздуха.
Опору в необычайном, невероятном.
Каждый день театр взывает к борьбе за торжество невероятного. Или — говоря словами Хармса — к тому, чтобы жизнь неизвестным нам способом одержала победу над смертью.

Откуда взялось пятьдесят?

13 сентября 1959 года
основан Московский театр миниатюр
(под руководством Владимира Полякова).
В октябре того же года
театр показал первую премьеру —
«Итак, мы начинаем!».

28 лет спустя, в октябре 1987-го,
театр — всё то же юридическое,
но
уже совсем другое художественное
лицо
(под руководством Михаила Левитина) —
переименован в «Эрмитаж».

С тех пор прошло 22 года.

Считаем:
28 + 22= 50.

Почему «Эрмитаж»

Так называется знаменитый
«увеселительный сад» в Каретном ряду,
где мы располагаемся все эти полвека.

Его основатель, Я. В. Щукин (1856 — 1926),
прошедший путь от буфетчика и ресторатора
до импресарио и мецената,
заимствовал это название
у своего предшественника,
М. В. Лентовского (1843 — 1906),
фигуры колоритнейшей и яркой.
Актёр, антрепренёр,
а главное — фантазёр,
устроитель диковинных феерий,
Лентовский был основателем русского шоу-бизнеса.

Заметим попутно: Левитин
(даром что шоу-бизнес — не его бизнес)
в кипучей и расточительной энергии Лентовского
почувствовал что-то родственное себе
и сделал его персонажем
одного из ранних своих спектаклей —
«Чехонте в Эрмитаже».

Сегодня сад —
со своими ресторанами,
аттракционами
и прочими массовыми затеями —
средоточие индустрии «культуры и отдыха». Неразборчивые люди причисляют к ней и театры
(кроме нашего, здесь находятся ещё два —
«Сфера» и «Новая опера»).
Нам такой подход не по душе;
искусство, поставленное на поток,
отупляет и развращает.

Вот почему театр-дом, сформированный Левитиным,
не забывает первоначального значения слова “ermitage”:
уголок отшельника, место уединения.

Обитатели нашего дома
(уголка)
Всё-таки ближе к отшельникам,
чем к массовикам-затейникам.
Мы не «обслуживаем» праздных соглядатаев,
но
коллекционируем своих зрителей,
чтобы уединяться с ними
в другой реальности.

Реальность настоящего театра
всегда другая.
Она сулит (хотя не гарантирует)
возможность
проникнуть в сущность бытия,
а не скользить по его поверхности.

Что такое «школа клоунов»

Если мы и отшельники, то не аскеты.
Наш театр менее всего похож на келью
или на лабораторию многозначительных однодумов.

Недаром «Эрмитаж»
(пожалуй, единственный из русских драматических театров)
называют «школой клоунов».

Это школа эксцентрического —
в своём высшем выражении чаплинского —
мировосприятия. 
Здесь изучают и демонстрируют
Крайности человеческого духа,
их неразрывную связь
и вечную борьбу между собой.

«Всё крайнее сделать очень трудно. Средние части даются легче. Самый центр не требует никаких усилий. Центр — это равновесие. Там нет никакой борьбы».
Так говорит Хармс.


Видеотека:

Телеканал «Доверие», программа «Московские лица», эфир 30.12.2010
Михаил Левитин в программе ТВ Столица «Городские истории», 2010 год.
Гастроли театра в Саратове, 1990. Передача Саратовского телевидения