«Именно сегодня», интервью с Сергеем Олексяком

Д. Х.  «Старик Хоттабыч» в театре «Эрмитаж». Расскажите, как родилось само название, с чего все начиналось?

С. О.  Мы сели с Михаилом Захаровичем и стали думать, какой детский спектакль можно поставить. Перебирали авторов, что-то перечитали, и в итоге пришла идея: «Хоттабыч». А когда выяснилось, что в Москве «Старик Хоттабыч» нигде не идет, и за последнее время вышел только один очень плохой фильм, мы подумали, что несправедливо этого персонажа оставлять в прошлом. Тем более что сегодня такой персонаж, наверное, нужен нам куда больше, чем в 50-е годы или в конце 30-х годов, когда писалась первая версия этого романа. Мы решили, что перенесем действие «Хоттабыча» в наше время. Он возникнет сегодня, сейчас. С одной стороны для того, чтобы история стала узнаваема для детей, чтобы это было «про них» и они могли ощутить себя в этой ситуации. А с другой… У Лагина старик Хоттабыч попадает в развитой социализм. Его – наивного старика – начинают воспитывать для того, чтобы он принял этот мир. В итоге он там и остается, мечтая стать радиоконструктором, согласно одному из изданий. То есть он пытается как-то приблизиться к тому миру. В спектакле иначе. Я предложил Михаилу Захаровичу сделать так, что наивный старик из прошлого попадает в наш сегодняшний ужасный мир. Попадает и пытается хоть кого-нибудь выручить, спасти, кого-нибудь перевоспитать. И, слава богу, ему сразу попадаются одиннадцатилетний мальчик Волька и его одноклассник Женька, – Хоттабыч хоть как-то пытается на них воздействовать. Наконец, самое главное заключается, в том, что джинны Хоттабыч и брат его Омар – это такие же дети как Волька и Женька. Именно поэтому они без проблем находят общий язык. Они друг друга немножко дополняют и воспитывают. Конечно, мы не говорим, что Хоттабычу все не нравится в сегодняшнем дне, но есть моменты, которые очень сильно его огорчают. Это выражено в таких персонажах как Крутой и Продавщица. Они – признаки сегодняшнего дня.

Д. Х.  Как, по-вашему, современные дети будут реагировать на этот спектакль? Прошло несколько прогонов на зрителя, наверное, уже что-то понятно?

С. О.  К сожалению, сегодняшние дети в большинстве своем… В спектакле есть сцена, в которой Крутой требует у Хоттабыча наколдовать ему деньги и кричит: «Деньги, деньги!..». Тот колдует, но Волька с Женькой эти деньги выбрасывают, а Крутой убирается восвояси. Так вот, к сожалению, некоторые дети в зале говорят: «Мне бы столько бабла…». Это сегодняшний мир. Это и есть те Вольки и Женьки, которым не хватает Хоттабыча.

Д. Х.  То есть им не хватает настоящей сказки?

С. О.  Совершенно верно.

Д. Х.  Вы и раньше говорили о том, что главное – это не чудеса и волшебство, нужно, чтобы эти чудеса были добрыми.

С. О.  Да, ведь волшебство и чудеса живут в каждом из нас, нужно только научиться их из себя вытаскивать. Если мы на это способны, если мы к этому готовы, мы это сделаем.

Д. Х.  Только вот иногда кажется, что под волшебством сегодня понимается что-то совсем другое, что-то материальное. Например, всякие технические новинки, телефоны и прочее…

С. О.  В этих новинках ничего плохого нет. Конечно, иногда это волшебство. Иной раз я смотрю на какие-то телефоны, планшеты или самолеты и думаю, каким образом это летает, как это работает?! Конечно, это удивляет. Благодаря этим новинкам жизнь упрощается. Но главное, чтобы при этом жизнь не обесчеловечивалась.

Д. Х.  У нас идут три детских спектакля: «Рот без замочка», «Судьба барабанщика» и «Леля и Минька в Школе клоунов». Два из них ставили тоже вы. Вот-вот появится еще один – «Старик Хоттабыч». Какое место он займет среди этих названий? «Рот без замочка» – такой поэтический спектакль для самых маленьких, «Судьба барабанщика» – для ребят постарше…

С. О.  «Барабанщик» вообще для взрослых людей. Скорее даже для нашего возраста – 40-50 лет (смеется). Гайдар – это же наша юность, наша школа. Что касается «Хоттабыча», я надеюсь, что этот спектакль для разновозрастного зрителя, где-то с начальной школы и дальше. Надеюсь, что он будет интересен сегодняшним детям и почти уверен, что он будет интересен старшему поколению. Возможно, есть в этом что-то сентиментальное, ведь с «Хоттабычем» связано детство большинства из нас. Сегодня, к сожалению, Хоттабычем интересуются меньше, чем Человеком-пауком или Железным человеком. Конечно, мы пытаемся в спектакле отобразить и сегодняшние моменты, но при этом это было абсолютно сознательное решение – оживить того самого Хоттабыча – узнаваемого. Мы все знаем его по книжкам, иллюстрациям, даже по фильму 1956-го года и пытаемся вернуть его в наше время, чтобы люди вспомнили эту замечательную сказку.