«Не знакомый нам Искандер начал вдруг открываться в „Кроликах и Удавах“ („Юность“ № 9, 1987 г.), этой удивительной притче об уничтожающей силе диктата, беззакония, нахрапа, пользующейся робостью, малодушием окружающих. Тем не менее аллегория, басенность, избавляли конкретное наше зло от конкретного ответа. Каждый видел в удавах и кроликах тех, кого он хотел? И вот — не знакомый нам Искандер, как бы спрыгнув с „дерева своего детства“, вдруг предстал перед нами — с горечью, трагическим стоном, баспощадностью в изображении жизни? Монолог бармена Адгура в новом спектакле „Эрмитажа“ многого стоит!
Ерван Арзуманян играет его тонко и лирично. Вот он такой, Адгур — недотепистый, наивный; в прошлом — десантник, потерявший на фронте друга. Светлая душа, для товарищей готовый на все. Чтит традиции предков. Оптимист по натуре. Он кидается, как на амбразуру, в рукопашный бой с местной мафией, с этим безжалостным удавом, — и падает на больничную койку, изрешеченный пулями. Лишь московский адвокат спасает оклеветанного Адгура от трагической „вышки“. Выйдя после тюрьмы и увидев, что удав цел и невредим, бармен, стремясь хоть в чем-то найти надежность, восклицает: „Выпьем за память о моем фронтовом товарище. Выпьем за настоящую дружбу настоящих мужчин, ибо на земле должно быть хоть что-то, что не покупается и не продается!..“ Не знакомый нам до последнего времени Искандер. Не знакомый нам до последнего времени трагикомический актер Ервант Арзуманян?
А фотограф Марат в исполнении Леонида Ярмольника? (Это первая роль артиста в театре „Эрмитаж“.) Вроде бы традиционный чудак Искандера, в чем-то даже шукшинский „чудик“. Пляжный бонвиван, роковой красавец, южный искуситель. Увлеченный прекрасной незнакомкой, он считает пустычными вскользь брошенные слова: „Берегитесь, у меня есть высокий покровитель!..“ — и приходит затем на Морскую, 16? А там? Окна освещаются фарой подъехавшего лимузина. Страшно скрежещут двери. Раздаются шаги. Появляется человек-удав, издевательски блестя стеклами пенсне, — да, тиран, которого имели в виду создатели фильма „Покаяние“.. Нет, находчивость незнакомки спасла и ее, и Марата от неминуемой гибели, помня постоянно о том унижении, бросился впоследствии на удава живого, „ложноногого“, из цирка?.. Не знакомый нам до последнего времени Искандер?
Пять новелл, пять историй, долго шедших к зрителю и читателю: „Чегемская Кармен“, „Начало“, „Рассказ мула старого Хабуга“, „Бармен Адгур“, „Маленький гигант большого секса“ (Это название стало названием спектакля). И спасибо театру, спасибо постановщику Евгений Каменьковичу, которые позволили нам узнать нового Искандера. Может, не все пока ровно в спектакле. Что-то играется более филигранно, что-то менее. Как любой живой организм будет он совершенствоваться — от вечера к вечеру, от раза к разу. Главное в другом: новая постановка „Эрмитажа“ волнует зрителей, заставляет задуматься — и о недавнем прошлом, и об удавах, которых не истребишь одной левой, а также о том, что генеральные сражения с ними уже начались…»"