Михаил ЛЕВИТИН: «Я занят только детством»

Анна Горбашова, Профиль, № 3 (606), 2.02.2009
Художественный руководитель театра «Эрмитаж» Михаил Левитин свободное от режиссуры время посвящает писательскому делу. Из-под его пера выходят повести, рассказы и пьесы, а теперь еще и биографический роман о режиссере Александре Таирове, который готовит издательство «Молодая гвардия» в серии ЖЗЛ. 
Художественный руководитель театра «Эрмитаж» Михаил Левитин свободное от режиссуры время посвящает писательскому делу. Из-под его пера выходят повести, рассказы и пьесы, а теперь еще и биографический роман о режиссере Александре Таирове, который готовит издательство «Молодая гвардия» в серии ЖЗЛ. 
 — Почему именно Таиров?
 — Мне предложили на выбор написать о Всеволоде Мейерхольде или Александре Таирове. О Мейерхольде много раз писали и еще столько же напишут, а биографических книг о создателе Камерного театра у нас не выходило. Издана книга великой русской актрисы Алисы Коонен, супруги Таирова, «Страницы жизни», но по ней очень прошлось время. Люди, которые ее делали (Коонен писала не сама), все очень пригладили. Ну, как будто ничего не произошло с театром Таирова: одна благодать и победа за победой. Есть еще книга самого Таирова, «Записки режиссера», написанная в 1921 году, в которой интересны его непосредственные режиссерские ремарки. А его книга «О театре» вообще производит вульгарно-социологическое впечатление: способ мышления не его, за исключением некоторых разборов спектаклей, тоже, кстати, Таирову не присущих. Это очень странная книга, непостижимая…
 — Вы в первый раз пишете биографию?
 — В первый и последний. Но в чем свобода этого опыта? Предшественником моей книги был только булгаковский «Мольер». «Мольера» не приняли с комментарием, что это пишет «развязный молодой человек». Думаю, я тоже «развязный молодой человек». По сути, я писал роман о моем деле, связанный с Таировым и через Таирова. Жизни людей, занятых театром, невероятно похожи. Конечно, есть специфика эстетики, она другая, и человек другой — но очень интересный. Я всю жизнь думал о Таирове. Вот у меня на стене фото Таирова из его кабинета. Мне его подарила секретарь режиссера Раиса Михайловна Брамсон. Не знаю почему, но фото под стеклом было без рамки. Я оставил все в том же виде. Может быть, когда закрывали Камерный театр, все выкинули, и рамка раскололась? Тогда исчезло много архивов. Моя сестра принесла мне фотопленки, найденные в луже, часть фотографий была сожжена. Это интересная история отношения к культурным ценностям. В бывшем театре Таирова, а ныне Московском драматическом театре имени А. С. Пушкина, таировский кабинет еще при Борисе Морозове (бывший главреж театра. — «Профиль») переделали в зрительский туалет, и квартира его в музей так и не превращена. Думаю, там тоже какой-нибудь складик. 
 — Вы по-прежнему пишете карандашом или сдались и освоили компьютер?
 — Да что вы! Я на него смотреть не могу, у меня сразу боль в висках. Иногда я печатаю на старенькой югославской машинке, но в основном пишу от руки. И только простым карандашом, с восьми лет у меня такая беда. Моей помощнице очень сложно разбирать эти рукописи, я и сам их порой не могу разобрать, так что решил по-гоголевски уничтожать. Расшифровывать мой своеобразнейший почерк, да еще и карандашом, бессмысленно.
 — Всевозможных размеров карандаши у вас на столе — это коллекция писателя?
 — Я собираю только простые карандаши, дома у меня их тысячи. Это же мои «борзые щенки» — взятки: люди привозят мне сувенирные карандаши отовсюду.
 — Что касается театра, кризисные проблемы каким-то образом вас уже затронули?
 — Это вопрос к моему директору. Я кризиса не ощущаю. Может, потом почувствую его остро? Но в нашем театре сотрудники делают все, чтобы я не был загружен экономическими проблемами.
 — Кстати, разрешились ли проблемы, связанные со зданием вашего театра, расположенным в самом сердце Москвы? На вас ведь даже нападение было…
 — Помещение действительно несколько лет назад пытались отобрать, я обращался к тогдашнему генеральному прокурору, министру внутренних дел, мэру Юрию Лужкову. Этим делом было занято множество инстанций, но последние два-три года мы живем тихо. Люди, которые покушались на памятник архитектуры в старейшем городском саду «Эрмитаж», сейчас утратили к нему интерес.
 — Арендную плату театр, я так полагаю, не платит?
 — Нет, все за счет города. Юрий Михайлович Лужков театрам очень помогает. Сейчас вот близится капитальный ремонт, первый за 170 лет существования этого особняка. Ремонт необходим, хотя, когда начинаются какие-то реформы и ремонты, мне страшно, что в результате станет хуже.
 — Одно время много говорили о реформе театра в принципе. Репертуарный театр, дескать, себя изжил, будущее за антрепризой. Вы как к антрепризе относитесь?
 — Театр-дом — это единственный способ жить театрам в нашей стране. У нас ничего уже нет, кроме театров. Книг уже нет, рекомендуются к прочтению книги, которые вовсе и не книги, а театры себе верны. В Москве сохраняется семейная традиция — ходить в тот или иной театр. Целые сословия принадлежат душой Театру имени Евг. Вахтангова, Театру имени Моссовета, Малому театру. И у нас есть свой зритель, и это далеко не маленькая кучка. А антрепризу я воспринимаю как попытку поспекулировать на стороне, заработать и поесть, но это же не разговор об искусстве. Антреприза, в которой собираются популярные актеры из разных театров, это как на телевидении: расчет на то, чтобы зритель увидел тех, кого видит всегда. Хочу этих трех актеров, потому что это моя семья. Других мне все равно не показывают, и не надо. Я категорически против антрепризы. Это не считается. Ну, как газета рядом с Львом Толстым. Хотя газета тоже нужна.
 — У вас в театре не маленькая труппа. Вы многих актеров задействуете в своих спектаклях или играют в основном примы?
 — У меня много кто задействован, люблю большие спектакли с массой людей. С годами все больше люблю, и все труднее это иметь.
 — Кстати, пьесы вы пишете?
 — Очень редко. Две мои пьесы, «Изверг» и «Анатомический театр Евно Азефа», идут в нашем театре, но больше я их писать и ставить не буду. Литературная жизнь у меня отдельная, к театру отношения не имеет.
 — Современная драматургия вам интересна?
 — Я плохо ее знаю. Я глубоко убежден, что пьесы надо писать для определенного театра. Именно театр воплощает драматургию, а не кабинетные измышления писателя. Театр не будет заниматься историей, которая увлекла кого-то, в театре существует определенное число артистов, репертуар, направление. И по-другому быть не может. Вообще, настоящий драматург пишет для определенного театра и на актеров, так писали и Шекспир, и Островский. Я ставлю репертуар своего детства. Я занят только детством. Для себя я понял, что за последние 50 лет только два наших драматурга создали свой собственный диалог, свою музыку языка, как Эрдман и Маяковский. Это Михаил Жванецкий и Александр Володин, чью пьесу «Моя старшая сестра» я недавно поставил. 
 — Александр Володин — советский классик, но разве у каждого времени не должны быть свои авторы, говорящие на языке своих современников, о том, что волнует их сегодняшних?
 — Гораздо труднее воссоздать картину 80-х, чем написать о Римской империи. Невероятная требуется дистанция. Сегодняшнего времени пока для искусства нет: размазня, суета, толкотня, пересменок. Надо, чтобы все устоялось, и тогда мы поймем, достойно ли это время быть запечатленным и что достойно конкретно. Вот решили: «Должна быть дискотека!» А кто сказал, что она должна непременно быть и для чего? Чтобы развлекаться и танцевать? Да мы развлекались без всякой дискотеки так, что сегодняшней молодежи и не снилось. Просто на дискотеке они развлекаются открыто! Те, кто у руля, выдумали себе какого-то нового зрителя и нового читателя и решают, что он должен читать, смотреть и думать. «Нет, это они смотреть не будут!» А откуда вы знаете, что не будут? Я ничего не понимаю даже про свою пятилетнюю дочь, я ее просто люблю. Посмотрите, сейчас молодежь поет песни Бернеса, делает ремиксы старых хитов, у них, бедолаг, нехватка настоящих чувств, лиризма, мелодий, но все обязательно вернется. А пока им просто не оставили возможности выбирать. Да они из одного протеста будут читать Булгакова, а не всякую насаждаемую ерунду. Я не знаю, кто это делает, хотя нет, знаю, и это преступление. Возможно, где-то уже родился новый великий драматург или писатель, но он должен быть обязательно связан с традицией. Инстинкт театра надо прививать. Если меня спросят, зачем нужны театры, я скажу: «Да боже мой, чтобы противостоять тому, что мы в „ящике“ видим каждый день!» И я знаю, что мне ответят: «Но „ящик“ смотрят миллионы, а в театр приходит пятьсот человек ради двадцати артистов». Вот на них-то, на эти пятьсот, и вся надежда.
 — Я в последнее время часто слышу от совершенно разных людей, что они устали от загадочных авторских трактовок и ребусов ради самовыражения режиссеров на ровном месте.
 — Дурное режиссерское восприятие, рассчитанное на самоутверждение и желание потрясти публику во что бы то ни стало, для меня неприемлемо. Сколько бы сегодня в «Гамлете» ни самовыражались, до акимовского «Гамлета» (художник и режиссер Николай Акимов поставил «Гамлета» на сцене Театра им. Евг. Вахтангова в 1932 году. — «Профиль») пока никто не дотягивает. Пьесы, конечно, могут подвергаться и подвергаются авторской редакции режиссера, но все должно быть в меру и последовательно. А некое клише современного театра — все заменить, не важно зачем.
 — Вы даете другим режиссерам ставить спектакли на сцене «Эрмитажа»?
 — Почти нет. Наш театр — авторский, здесь люди связаны со мной всем: мировоззрением, пластикой, мыслями. Актеры рассчитывают на режиссера, доверяют ему, так что я должен быть абсолютно уверен в приглашенном режиссере. К сожалению, у меня нет учеников или помощников. Если придет молодой человек, близкий нашему театру, я дам ему ставить, но пока его просто нет.
 — А из вашей труппы единомышленников никто не хочет попробовать себя в режиссуре?
 — Вот сейчас я решил потесниться, потому что иначе совсем нет времени писать. Я дал поставить два детских спектакля нашему актеру Сергею Олексяку. Он пытается меня угадать, а это всегда тяжело… Когда работал Анатолий Васильевич Эфрос, ему помогал актер Лев Дуров, он очень ловко все доводил до ума. У Дурова был слух на Эфроса, понимание его режиссерской манеры. Но это, скорее, исключение, чем правило. Театр — это же не фабрика и не завод, а крайне индивидуальная история. 
 — Если говорить об актерах, вы бы кого предпочли при приеме в труппу — гения-индивидуалиста со сложным характером, как это обычно с гениями и бывает, или хорошего профессионала без «тараканов» в голове?
 — У каждого режиссера свой идеал артиста. У меня это Эраст Гарин и Серафима Бирман, кумиры моего детства. Я сориентирован на артистов эксцентричных, неожиданных… Я ищу таких артистов, но их немного. Главным артистом нашего театра на протяжении многих лет был Виктор Гвоздицкий, он умер в прошлом году. Если говорить о характере, то труднее, чем он был у него, не бывает, но это счастье, когда леопард чувствует, что укротитель достоин его внимания. Когда режиссер понимает, что гений ему доверяет, как он должен себя ощущать? Когда Таирову доверяла сама Коонен, конечно, он становился сильнее самого себя. Но таких актеров очень не хватает, они вымерли, потому что сегодня в них нет потребности.
 — Такой актрисой была Любовь Полищук, много лет проработавшая в вашем театре?
 — Люба была личностью, безусловно, необыкновенной. Она играла у нас спектакль «Хармс! Чармс! Шардам! или Школа клоунов» и другие роли лет семь или восемь, потом ушла в «Школу современной пьесы», потом вернулась, сыграла «Зойкину квартиру» и опять ушла. Но «Хармс!..» — это веха в нашем театре, чудный спектакль, наше общее с Любой счастье.
 — Игра ваших актеров в сериалах отличается от их работ в театре?
 — Разница — огромная, никакого отношения к тому, что они могут на сцене, их сериальные роли не имеют! Наши сериалы — это взаимная халтура. Сериальные режиссеры не требуют от актеров ни естественности, ни исповедальности, ни душевных поворотов. Главное — побыстрее снять. Когда все стали решать деньги, все сразу и разрушилось — от сценария до страдания. А путь художника обязательно должен быть нелегким. Хочешь не хочешь, но без этого откровения не произойдет.
 — Ваше последнее откровение в театре?
 — Последним откровением был для меня покойный Джорджо Стрелер. Откровений сейчас мало, хорошие спектакли встречаются, но редко.
 — У вас были хорошие спектакли?
 — С точки зрения того, кто создает, удач не бывает никогда. Но с точки зрения того, кто смотрит, «Вечер в сумасшедшем доме» или «Хармс!..» — несомненные удачи. Когда я делал эти спектакли, я отдавал им не фрагмент своей жизни, а все-все-все, я позволял себе перейти черту. Обычно режиссеры не позволяют себе перейти черту, а ставят что-то из зрительного зала. Перейти черту страшно, кажется, что тебя разрушит это запретное страдание. 
 — А сейчас вам неинтересно работать на саморазрушение?
 — Какой-то период было неинтересно, но после книги о Таирове я налетел на труппу, как вепрь. Они даже удивлены: чего это он вдруг? А я так долго вплотную не занимался театром из-за литературы, что успел соскучиться.
 — Что-то новое репетируете?
 — Сейчас приступил к репетициям спектакля «Туда и обратно» по пьесе моего хорошего друга Юлия Кима, которую он написал по своему же стихотворению «Волшебная сила искусства». Смешная, короткая, музыкальная история времен Павла I. Среди ночи Павел явился в свой театр и потребовал показать ему готовящийся спектакль. Пока актеры его играют, автора пьесы успевают в кандалах загнать в Сибирь и вернуть обратно. Я очень рад, что сценографию делает Александр Боровский, сын покойного Давида Боровского, великого художника, с которым я работал и дружил. 
 — Сегодня вы ощущаете себя счастливым?
 — Да! Все происходит так, как я хочу. Я очень рано сейчас просыпаюсь, просто подскакиваю — значит, все в порядке. И в театр прихожу каждый день столько лет, как в первый раз. Я не помню, что я тут был вчера. Не приелось.
 — Ваш прогноз на будущее оптимистичен?
 — У меня хватает вкуса к жизни, уж больно я ее люблю, даже когда говорю, что ненавижу. И очень хочется, чтобы все было хорошо, главное — пережить ремонт. Как говорил Хармс: «Рямонт, рямонт…» Если переживу, за остальное я спокоен. Театры выживут. Они еще помнят своих предшественников и держатся крепко.

Другие ссылки

Коли рожа крива, Константин Щербаков, «Театральная жизнь», 05.2016
«Великий комбинатор», Алла Шевелева, Театральная афиша, 05.2016
На Новом Арбате откроется «Эрмитаж», Светлана Баева, Московская перспектива, № 41, 16.11.2015
Отправляясь на оперетту, вспомни гимн СССР, Любовь Лебедина, Трибуна, 10.09.2015
О премьере театра Эрмитаж «Прооперетту», Екатерина Наркевич, newsmcs.ru, 9.09.2015
«Оперетта» в «Эрмитаже», Михаил Левитин, Специально для сайта, 19.02.2015
Король в детской, Юлия Арсеньева, Театральная афиша, 23.10.2014
О детях и шутах, Наталья Ионова, Театрон, 29.08.2014
Безумная власть плодит безумцев, Любовь Лебедина, Трибуна, 28.08.2014
Шекспир глазами эксцентрика, Роман Должанский, Газета Коммерсантъ, 26.08.2014
«ЛИР король», Екатерина Наркевич, Интернет-издание newsMCS. ru, 25.08.2014
Над «Лиром» больше не заплачем, Елизавета Авдошина, Театральный портал CHEKHOVED, 24.08.2014
Это не спектакль, это Шекспир. Интервью с Михаилом Левитиным, Дмитрий Хованский, специально для сайта, 03.2014
Теневая сторона, Анастасия Павлова, Театрон, 18.10.2013
Вспоминая Виктора Гвоздицкого, ч.1, Екатерина Варченко, Дмитрий Хованский, Специально для сайта, 30.09.2013
Евгений Редько играет две главные роли в премьере театра «Эрмитаж» по пьесе Евгения Шварца «Тень», Марина Тимашева, программа «Закулисье» на радио «Голос России», 26.09.2013
ТЕНЬ, ЗНАЙ СВОЕ МЕСТО, Геннадий Демин, газета «Трибуна», 29.08.2013
Ну и чертово время!, Мария Седых, журнал «Итоги», 26.08.2013
Чертово время, Алена Данилова, АФИША@mail.ru, 21.08.2013
Приказано помнить, Мария Седых, Итоги № 15/879, 15.04.2013
В театре «Эрмитаж» открылась Школа клоунов, Телеканал Культура, Новости культуры, 19.03.2013
В Москве открыли Школу клоунов, Сусанна Альперина, «Российская газета», 17.03.2013
«Мир делится на клоунов рыжих и белых», Интервью Виктора Борзенко с Михаилом Левитиным, Новые известия, 12.12.2012
ПЕТР ФОМЕНКО, Михаил Левитин, Журнал ЛЕХАИМ, 14.08.2012
Б. Брехт. «Кураж», Алиса Никольская, Театральная афиша, No. 4, 04.2012
«Аксенов. Довлатов. Двое»: жизнь в миниатюре, Наталья Витвицкая, Ваш Досуг, 21.03.2012
На чужом черновике, Интервью Л. Костюкова с М. Левитиным. Полит. ру, 21.03.2012
Кураж, шардам, Эрмитаж, Владимир Колязин, Независимая газета, 29.02.2012
России снова понадобился Брехт, Любовь Лебедина, Литературная газета № 7 (6358), 22.02.2012
«Он предлагал…», Наталья Старосельская, Трибуна, 21.02.2012
Кончилось ли время Брехта? Стенограмма дискуссии, Валерий Семеновский, Дмитрий Хованский, Специально для сайта, 20.02.2012
Батальное Полотно О Любви И Счастье, Ирина Озёрная, Post.Scriptum.ru, 16.02.2012
Чтобы выжить, необходимо счастье, Вера Копылова, Московский Комсомолец № 25869, 15.02.2012
Главная роль. Михаил Левитин, Телеканал культура, 13.02.2012
История матери и актрисы, Анастасия Томская, afisha.mail.ru, 13.02.2012
Кураж Левитина, Марина Тимашева, Радио Свобода, 13.02.2012
Театр Брехта в Германии и России: традиции и новаторство, Видеомост Москва — Берлин. РИА Новости, 7.02.2012
За что «засушили» Бертольта Брехта?, Владимир Анзикеев, Deutsche Welle, 7.02.2012
Россия и Германия: взгляд на Брехта, Елена Андрусенко, Радио «Голос России», 7.02.2012
«Кураж» в «Эрмитаже», Телеканал Культура, Новости культуры, 1.02.2012
О жанрах различных замолвите слово, Елена Колтунова, Порто-Франко. Номер 38(1085), 7.10.2011
Прошел театральный фестиваль «Встречи в Одессе», Наталья Старосельская, Газета «Трибуна» № 39, 6.10.2011
Михаил Левитин: Мне не нравилось, как Высоцкий играл, Снежана Павлова, Известия в Украине, 25.09.2011
«Встречи в Одессе» завершились победой Мельпомены, Мария Гудыма, Таймер Одесса, 12.09.2011
Убитые судьбы, Антонина Крюкова, Газета «Трибуна», № 28, 21.07.2011
Друг других, Мария Седых, «Итоги», № 28, 11.07.2011
А ВЫ СМОТРЕЛИ?, Ольга Иванова, Литературная газета, 6.07.2011
Устные рассказы Михаила Левитина, Екатерина Дмитриевская, «Экран и сцена», 14(967), 07.2011
«Неладно что-то в Датском королевстве…», Татьяна Москвина, Аргументы Недели, 29.06.2011
Президенты флюидов, Алла Боссарт, Новая газета, № 69, 29.06.2011
«Эрмитаж» теряет дом?, Лиля Пальвелева, Радио Свобода, 14.04.2011
«Поживете у друзей», Александр Черный, Новая газета, № 39, 13.04.2011
Театр «Эрмитаж» оказался перед угрозой закрытия, Радиостанция «Эхо Москвы», 12.04.2011
«Где так вольно дышит человек…», Наталья Старосельская, «Страстной бульвар, 10». Выпуск № 6-136/2011, рубрика «Премьеры Москвы», 04.2011
Настоящие яблоки, Анастасия Ефремова, Планета Красота, № 03-04, 2011, 04.2011
Враги народа в «Эрмитаже», Любовь Лебедина, Трибуна, 31.03.2011
Яблоки против жести, Наталия Каминская, Газета «Культура» № 7 (7767), 3 — 16 марта 2011 г., 03.2011
«Будденброки» и другие, Мария Седых, «Итоги», № 5, 31.01.2011
«Факультет ненужных вещей» Юрия Домбровского в театре «Эрмитаж», Марина Тимашева, Радио Свобода. «Поверх барьеров — Российский час», 27.01.2011
«Меня убить хотели эти суки»: рецензия редакции, Алена Данилова, Ваш досуг, 20.01.2011
Большая проза на небольшой сцене, Александра Черепнина, Вести-ТВ, 19.01.2011
Михаил Левитин. Адвокат униженных и оскорбленных, Любовь Лебедина, Трибуна, № 1. 13-19 января 2011, 13.01.2011
Школа переживания по Михаилу Левитину, Вера Калмыкова, Специально для сайта театра «Эрмитаж», 01.2011
Непокорный, несхожий, другой, Алена Карась, Российская газета — Федеральный выпуск № 5374 (295), 29.12.2010
Церковь Белой овцы, Ирина Озёрная, Независимая газета, 29.12.2010
МИХАИЛ ЛЕВИТИН: Живу в мире, освобожденном от текущего момента, Наталия Каминская, Культура, 23 декабря — 13 января 2011, 23.12.2010
Жизнь в вопросах и восклицаниях, Литературная газета, 22.12.2010
Юбилеи Даниила Хармса и Михаила Левитина, Ирина Озёрная, Страстной бульвар, 10. Выпуск № 4-134/2010, рубрика «Юбилей», 12.2010
Пожилой артист и театр нужны друг другу?, Театрал. № 11 (77). Рубрика «Тема», 1.11.2010
Михаил Левитин: Чего я хочу, Наталья Казьмина, Журнал «Вопросы театра», 2010, № 3-4, 10.2010
Михаил Левитин: «Женщины понимают легче», Анастасия Томская, Театрал, 1.12.2009
Михаил ЛЕВИТИН: «Я занят только детством», Анна Горбашова, Профиль, № 3 (606), 2.02.2009
Михаил ЛЕВИТИН в эфире Радио «Культура», Радио Культура — «Действующие лица», 18.03.2005
Михаил Левитин в прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы», Ксения Ларина, Радиостанция «Эхо Москвы», передача «Дифирамб», 9.10.2004
Драматургические игры режиссера Михаила Левитина, Геннадий Демин, Театральная жизнь, 2004, № 3, С. 55-56, 2004
Легкие люди, или Бог, Дурак и Стерва, Дарья Маркова, журнал «Знамя», № 11, 11.2003
Михаил Левитин. Еврейский бог в Париже, Дарья Маркова, «Знамя», № 11, 11.2003
Механизм стихии, Светлана Епифанова, «Театральная жизнь», 1999, № 1, 1999
О ПЕТРЕ ФОМЕНКО, Михаил Левитин, «Театральная жизнь», № 10, 1990